На пустынной улице среди безликих образов стоит рассказчик, на лице которого застыла неизменная ухмылка, и приоткрывает завесу над ужасом, что скрыт среди привычной обыденности.
На пустынной улице среди безликих образов стоит рассказчик, на лице которого застыла неизменная ухмылка, и приоткрывает завесу над ужасом, что скрыт среди привычной обыденности.
